Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
13:31 

don't be afraid to double up
Название: Не твоё время
Глава № 1-2
Автор: mingus
Бета: отсутствует как класс
Персонажи (Пейринг): Гарри Поттер/ Джинни Уизли, Сириус Блэк, массовка Уизли
Рейтинг: PG
Жанр: общий
Размер: мини
Статус: закончен
Саммари: Джинни и Сириус повадились вести задушевные беседы. Гарри смущается, но не уходит. И все было бы очень грустно, если бы не было так странно.
Предупреждения: OOC Гарри

1. Не твоё место


- Мистер Блэк… Сириус, можно?

Какое-то бесчувственное создание скребется в дверь, требуя, чтобы его впустили. Неужели Сириус невнятно сказал, что никого не хочет видеть?

Он хочет сидеть в этом обшарпанном кресле и медленно напиваться. Иначе просто не получится заснуть.

- Нельзя, - он делает еще один глоток.

- Это же я, Сириус, - бесчувственное создание настойчиво. Оно сердито дергает дверную ручку. – Открой.

- Иди отсюда, мелкая, - беззлобно отзывается Сириус и на всякий случай прячет бутылку на подоконнике, за тяжелой портьерой.

- Сириус! – гневно пищит создание. – Впусти меня! Или я сама войду…

- Ну-ну, - смеется он. Дверь заперта на простое заклятие, но для защиты от несовершеннолетних наглых шмакодявок, которым запрещено колдовать на каникулах, и этого достаточно. Ведь так?

Бесчувственное создание что-то бормочет и беспрепятственно заходит в его спальню, одновременно засовывая палочку в задний карман выцветших джинсов. Садится в кресло напротив, поджав под себя тонкие, как у жеребенка, ноги.

- Мисс, вы вообще в курсе, что за такие вещи можно вылететь из школы? – подмигивает Сириус.

- Тебе не идет быть моралистом, - фыркает Джинни Уизли и обводит комнату внимательным взглядом. – Куда спрятал?

- Что спрятал? – Сириуса забавляет абсурдность привычной уже ситуации: рыжая малолетка вломилась в спальню хорошо принявшего на грудь беглого недопреступника, чтобы прочитать тому пару-тройку нотаций.

За это лето он даже полюбил слушать, как младшая Уизли наивно и безуспешно пытается наставить его на «путь истинный». Получались очаровательные и болезненные беседы…

- Выпивку, - резко говорит Джинни. – Я не могу сказать, что знаю тебя, Сириус… по правде говоря, я тебя совсем не знаю. Но я прекрасно вижу, когда ты хочешь напиться.

- Молодец, умная девочка, - пожимает плечами Сириус. – Что я тебе еще могу сказать?

- Зачем ты пьешь? Кроме того, что вынужден сидеть в этом доме?

- Кроме того, что я не делаю ничего стоящего, а меня убеждают в том, что так и надо? Кроме того, что я вернулся в дом, в который поклялся не возвращаться никогда? Кроме того, что дементоры хоть и не выпили, но основательно погрызли и исслюнявили мою душу? – тихо и яростно говорит Сириус, сильно наклоняясь вперед.

- Да, кроме этого всего, - Джинни не отводит взгляда.

- Чтобы спать без снов, детка, - Сириус поднимается с этого уродливого темно-зеленого кресла, берет бутылку с подоконника. Смотрит на Джинни через толщу стекла и бордового огневиски.

- В смысле, без кошмаров? – она недовольно косится на пузатую бутылку в его руке.

- Мне никогда не снятся кошмары, Джинни, - Сириус, запрокинув голову, разом выпивает четверть оставшегося огневиски. Она заворожено смотрит, как под синеватой тонкой кожей ходит кадык. Сириус глубоко вдыхает и продолжает чуть севшим голосом: - Я говорю про обычные сны.

- И… кто снится тебе, Сириус? – она чувствует, что не стоит задавать этот вопрос, но не может удержаться.

- Иди ты спать, Джинни Уизли, - грубо отвечает Сириус, театрально простирая руку к выходу.

Джинни послушно встает с кресла, неторопливо идет к двери. Вроде бы даже не обиделась. Странно. Обычно все их разговоры заканчиваются тем, что он обижает ее, забыв, что перед ним ребенок. Сообразительный, своевольный – но ребенок…

- Иди ты, Сириус Блэк, - говорит она и так хлопает дверью на прощанье, что просыпается портрет его мамаши, и весь дом наполняется истошными воплями. Надо бы напрячь Римуса, пусть придумает, как заткнуть старуху, хоть ненадолго, сил уже никаких не осталось.

… все-таки обиделась.


* * *


- Джинни!

Нет, только не это. Пожалуйста, нет.

- Джи-инни-и!..

Мерлин, ну что еще?! Время – двенадцатый час. Всё! Никакой работы на сегодня!

- Джинни Уизли!

Чего она так орет? Хочет разбудить миссис Блэк?... Ах, да, Люпин навесил на нее временное заглушающее заклятие. Так что сегодня ее мать может вопить сколько вздумается, а Тонкс может ронять троллью ногу хоть каждые пять минут…

Джинни выскочила из спальни и, перегнувшись через перила, яростно завопила в ответ:

- Ну чего, мам?!

- Подойди ко мне!

Джинни с неохотой спустилась на кухню. Мама, сидя у плиты, вязала что-то, пока не поддающееся классификации. В раковине уныло громыхала моющаяся посуда.

- Ну? – страдальчески выдавила Джинни.

- Возьми в бельевом шкафу комплект… - начала мама.

- Почему всегда я?

- … и застели кровать в угловой спальне на третьем этаже.

- Это кого же мы ждем на ночь глядя? – поинтересовалась Джинни.

- Вовсе не на ночь глядя! – сердито отозвалась мама. - Твой отец сказал, что Гарри приедет на днях. Мы не знаем, когда точно, но лучше приготовить комнату заранее…

- Гарри? – переспросила Джинни. В животе будто перевернулось что-то холодное и склизское. – Гарри приезжает?

- Да, Гарри! – несколько раздраженно повторила мама. – Давай, сделай, что я просила, и ложись спать, хорошо?



Какой идиот засунул в шкаф непросохшее белье?...

- Не буду же я стелить мокрые простыни, верно? – вполголоса сказала Джинни и достала волшебную палочку. – Немножо магии. Совсем чуть-чуть, чтобы высушить постельное белье для героя магического мира… - она нервно хихикнула. – Чтоб ему…

Джинни направила струю горячего воздуха на злосчастную простыню. Немного кружилась голова – может быть, из-за постоянного недосыпа и усталости, может быть, из-за того, что она уже неделю не выходила на улицу… а может быть, из-за этой дурацкой новости о скором прибытии этого дурацкого Поттера…

Как ее вообще угораздило так к нему привязаться? Почему так получилось?

Ха, вопрос из серии «почему я – это я?». Никто не даст толкового ответа.

Ну и ладно. Ну и пусть! Джинни расправила высушенную простынь и стала запихивать в тесноватую наволочку пышную пуховую подушку. Она теперь почти взрослая и умеет держать себя в руках. Она больше не позволит себе краснеть и мямлить в его присутствии. Она будет собой.

Ну или хотя бы попытается…

* * *

- Джинни, детка, вымой пол на кухне. Было собрание, и там так наследили…

- А… Гарри еще не приехал? – не глядя на маму, спросила Джинни.

- Нет, милая, пока нет. Тряпку и ведро возьми в чулане… Постой-ка! Дай сюда волшебную палочку. Закончишь – верну.


О Мерлин… Такое впечатление, будто в кухне проходил не очередной сбор Ордена, а брачные пляски садовых гномов. Весь пол в подсыхающей уличной грязи. Сволочи, вот они кто. Мало того, что не пускают их на собрания, так еще и вылизывай за ними…

Джинни глубоко вдохнула, закатала рукава и тоскливо покосилась на сальную тряпку. В прошлой жизни она явно была чьими-то рейтузами.

- Э… Джинни, ты одна? – кто посмел оторвать ее от созерцания фамильных рейтузов семейства Блэков?

- Да, пап. А что?

Отец в нерешительности стоял на пороге и, вытянув шею, разглядывал кухню.

- Мамы здесь нет?

- Нет, она наверху. Позвать? – со смешком предложила Джинни.

- Не надо! – поспешно отказался отец и устало опустился на табурет. Опасливо покосившись на дверь, он достал из портфеля пару коробочек самого что ни на есть маггловского вида. – Мама ведь не будет подозревать тебя, верно?

- Что это? – Джинни повертела в пальцах контрабанду, - что за… пластыри?

- О, презанятная штуковина. Не знаю, для чего именно она нужна, но магглы этим как-то лечатся… Спрячь, милая. Я вечером у тебя заберу.

Джинни с усмешкой запихала пластыри в карман. Мама действительно никогда не обыскивала ее, и отец с близнецами прекрасно были об этом осведомлены. Собственно, если бы не Джинни, Артуру никогда не удалось бы протащить бы в Нору такое количество штепселей и батареек. И, если бы не Джинни, экспериментальную партию Забастовочных завтраков и Удлинителей Ушей постигла бы весьма печальная участь…

- Па-ап… А в благодарность ты не мог бы тут быстренько прибрать? Одно маленькое заклинание, а?


* * *

В этом старом доме очень тонкие стены.

Джинни стояла посреди темной просторной комнаты. Воздух затхлый и тяжелый. Ночью Джинни просыпалась каждый час – ей все мерещилось, будто у нее на груди сидит гном, только что нажравшийся дождевых червей. Сидит и стрательно дышит ей в лицо…

Джинни стояла, не двигаясь, почти не дыша, и слушала.

Прямо над ней – спальня Рона. А Блэки этот дом словно специально строили с максимальными удобствами для внутрисемейного шпионажа. Джинни отсюда даже слышно, как мама что-то напевает, моя посуду. Как в комнате Фреда и Джорджа подозрительно булькает очередное варево. Как по коридору крадется Кикимер, бормоча себе под нос нескончаемые ругательства. И уж тем более не составляет труда услышать, как шестью футами выше жалуется на жизнь один из ее старших братьев.

- Она невыносима. То есть, я хочу сказать, она и раньше частенько бывала невыносима, но сегодня она особенно невыносима!

А нет, не на жизнь. На маму или на Гермиону…

- «Я уверена, что за лето ты не брал в руки ни одной книги! Спортивные журналы не в счет!» - передразнил Рон. – Ей что, приятно выставлять меня перед всеми неполноценным идиотом?

На Гермиону. Точно на Гермиону.

- А ты бы хотел, чтобы она тебя выставила идиотом полноценным? – фыркнул Гарри. Он приехал позавчера. – Брось, Рон. Ты тоже частенько не слишком-то с ней любезен.

- Девчонки… Знаешь, Гарри, они как будто другая раса. У них как-то не так устроены мозги. Даже у нашей Гермионы.

- Я тебе открою страшную тайну, Рон… ты будешь потрясен, но, уверен, ты сможешь с этим справиться! – давясь от смеха, сообщил Гарри. – У них не только мозги «как-то не так» устроены!

Радостный гогот. Великолепнейший дуэт. У Гарри сегодня просто образцово хорошее настроение. Довольно странно, если учитывать очередную мерзкую статью в сегодняшнем «Пророке» и скорое слушание в министерстве.

А ведь смеется. Сильный.

Джинни села на кровать, устало уткнулась лбом в высокую кованую спинку в виде клубка переплетающихся змей… Тут везде змеи. Даже на бачке унитаза ненавязчивый такой барельеф.

- Вот, к примеру, твоя Чжоу, - отсмеявшись, продолжил Рон. – Вернемся мы в Хогвартс – и что ты с ней намерен делать? Ты же что-то собираешься делать?

Джинни затаила дыхание в ожидании ответа. Стиснула пальцами край темно-зеленого покрывала.

- Я не хочу говорить об этом, - сдавленно ответил Гарри.

Молчание. Сердитый скрип половиц: это Рон подошел к окну. Джинни точно знала, что Рон: у Гарри поступь мягче, осторожней. Идеальна для ночных прогулок по школьным коридорам… Братец же всегда ходил так, будто заодно давил пауков. Пятками.

Два оглушающих хлопка, один за другим. По обе стороны от Джинни на кровать плюхнулись Фред с Джорджем. Мерлин, когда они уже перестанут трансгрессировать в доме?..

- Эй, Джинн, проснись!

- Ты как амеба, сестренка.

- Что здесь торчишь в унылом одиночестве…

- … будто тебе все тридцать, и ты до сих пор не замужем?

Джинни, изо всех сил стараясь не улыбаться, смерила строгим взглядом две идентичные друг другу веснушчатые физиономии.

- Вы ведь не просто так почтили меня своим визитом, верно?

Джордж картинно схватился за сердце:

- Ты слышал, Фред? Она оскорбила нас! Она посмела преположить, будто мы не можем просто прийти поболтать с малышкой Джинни! Что нами движет лишь корысть!

- Это чудовищно, Джордж, - Фред закрыл лицо руками, - это просто ужасно. Мое сердце разбито, Джин, ты больше не сестра нам… так что отдавай обратно Кровопролитные конфеты. Попробуем их модифицировать.

- Я так и знала, - засмеялась Джинни и полезла под кровать. – Держите. Банк «Джинни Уизли» благодарит вас за оказанное доверие. Вы – наши любимые постоянные клиенты, - объявила она, протягивая братьям чуть запылившуюся коробку.

- Спасибо, Джин, - Фред любовно прижал коробку к груди. – Кстати, мама просила передать, чтобы ты пока не пользовалась ванной в конце коридора, там обнаружилась какая-то кусачая живность, а разбираться с ней уже ни у кого нет сил.

- Хорошенькое дело! – возмутилась Джинни, - И что мне прикажете делать?

- Мерлин, нашла проблему, - закатил глаза Джордж, - можно подумать, одна ванная на весь дом. Поднимись на этаж выше, и все дела.

- Ладно… - пробурчала Джинни, - спокойной ночи.

- И тебе, - в унисон откликнулись близнецы и исчезли.





/я извиняюсь за банальный ход «ах, забыла запереть дверь», но очень уж хотелось немного похулиганить. В конце концов, я позволила себе не больше, чем Роулинг в четвертой книге…
Так что в этой главе есть обнаженка, однако рейтинг по-прежнему PG/



2. Не твоё время

Джинни не боялась темных коридоров.

Зажав под мышкой свернутое полотенце, она медленно шла мимо спален третьего этажа к последней ванной в этом доме, которую еще не загадила волшебная нечисть, и старалась не наступать на особо скрипучие половицы.

Два часа ночи. Все уже спали, или делали вид – во всяком случае, из комнат не доносилось ни звука. Джинни осторожно повернула бронзовую дверную ручку и вошла в ванную.

Из-за огромной, пошлой ваннообразной бадьи на изогнутых ножках здесь было очень тесно. Этажерка, заставленная множеством разнообразных флаконов и бутыльков, к которым явно не прикасались уже несколько лет, пара шкафчиков, огромное потемневшее зеркало, просто прислоненное к стене, пыльный напольный канделябр – и вот для Джинни уже не нашлось места. Потянувшись к кранам, она больно ударилась локтем о край зеркала, а рукавом смахнула какую-то жестянку с этажерки. Та, грохоча, прокатилась по плиточному полу и скрылась под ванной-бадьей.

- Черт с ней, - махнула рукой Джинни (чуть не уронив при этом еще и пафосную мыльницу из черепашьего панциря) и до упора отвернула кран с горячей водой. Вот так и почувствуешь себя в шкуре Тонкс… Может быть, ей просто тесно в этом мире, оттого она все и роняет?..

Джинни было неуютно в этом доме, и особенно – в этой маленькой, но роскошно обставленной ванной. Только лепнина под потолком (уже, впрочем, порядком обвалившаяся) чего стоила… Обветшавшая роскошь дома Блэков – после простоты и пестроты Норы. Странно, непривычно, диковинно и куча других синонимов. Если бы здесь не было её семьи, а был только со вкусом хандрящий Сириус, она задохнулась бы.

Зеркало вскоре заволокло паром, и Джинни провела по стеклу ладонью. Невысокая, еще по-детски угловатая фигура, выступающие ключицы, тонкая прозрачная кожа в коричневых пятнышках. Джинни поморщилась и вслух сказала:

- Это не веснушки. Это родовое проклятье, - Джинни показала своему отражению язык, оно бессовестно ответило тем же.

Ванна-бадья, которая, как подозревала Джинни, была рассчитана на двоих (холодные и чопорные Блэки, ага…Откуда-то ведь Сириус все равно взялся?), вскоре наполнилась. Она щедро плеснула пены, скрутила волосы, разделась и забралась в бадью, стенки которой были выше, чем у обычной ванны, отчего над бортиком торчала только макушка Джинни.

- Как же я устала, - прошептала она и сдула лезущую в нос пену. - Ломовая деревенская лошадка – вот я кто. И больше ничего мне не светит… И вообще, мисс Уизли, что у вас за манера появилась – сама с собой разговариваете уже третий день.

- Это от нервов.

- Неужели?

- Да-да, от нервов. Три дня назад мама сказала, что скоро приедет Гарри. Он приехал. Вот я и…

- Это не повод сходить с ума.

- Да сейчас что угодно может стать поводом…

Джинни поморщилась. Хорошо, что никто ее сейчас не слышал. Глупо… Да она себя так и чувствует – глупо и неловко. Пусть Гермиона и шепчет ей ободряюще «Молодец, молодец, Джинни! Все правильно, ты все делаешь правильно…», но Джинни на самом-то деле понимает, что ни черта тут правильного нет. Правильно – это когда ты в Норе, и только начало лета, и о Гарри думаешь примерно так же, как о школе: редко и недолго, и понимаешь, что до этой мороки еще целая маленькая вечность. А видеть его каждый день в школьных коридорах, в общей гостиной – с твоим братом и твоей подругой! – это неправильно. Жить с ним под одной протекающей крышей, вместе травить докси, а за ужином сидеть напротив него и говорить, что тебе вовсе не трудно передать картофель – это тоже неправильно.

-Урод, - буркнула Джинни и стала строить из пены башню. Получалась пока только модель праздничной прически тетушки Мюриэль. – Тощий лохматый очкарик. Что мне за дело до лохматых тощих очкариков?

…а дальше было как во сне. Такие сны хоть раз, но снились всем девочкам: стыдные, неприятные и волнующие. Такие, что поутру долго не решаешься открыть глаза и судорожно сжимаешь колени; и простыни, горячие от испарины…

Тонко и жалобно скрипнув, открылась дверь, и вошел Гарри. Джинни он пока не заметил: она съежилась, прижав колени к груди и обняв их руками; вжала голову в плечи так, что теперь и макушки из-за края бадьи было не видать.

Как? Мерлин, как можно было забыть запереть дверь? Дура, ну надо же, какая она ду-ура…

Гарри, ругаясь себе под нос, принялся шарить по настенным шкафчикам, бормоча:

- Черт, ну где же?... Во всем доме ни одного бинта…

Джинни кашлянула.

Никакого эффекта.

- Э-э, Гарри? Ты не мог бы выйти? – чувствуя, как по спине прокатываются волны стыдливого жара, выдавила Джинни, еще крепче обхватывая себя руками.

Гарри выронил склянку, которую за секунду до этого взял с полки, и резко повернулся к ней. Смешно вытянув шею, он заглянул в бадью и тут же отшатнулся, словно увидел не Джинни, а, по меньшей мере, соплохвоста.

- Извини, я не знал… - сипло сказал он. – Было не заперто…

- Гарри, выйди! – с нажимом повторила Джинни, зажмурившись. Вышло пискляво и, видимо, не очень убедительно: иначе, почему это Гарри все еще здесь?

- Джинни, у тебя случайно нет йода? Или там бинтов… - несколько удивленно, явно поражаясь самому себе, сказал Гарри.

- Чего нет, прости? – Джинни недоуменно покосилась на Гарри, который сейчас мог бы посоревноваться цветом лица со всеми нелюбимыми свитерами Рона, вместе взятыми.

- Ну, я руку порезал, а кровь никак не перестает идти… Вот, смотри, - и с этими словами Гарри, нагло усевшись на бортик бадьи, показал опешившей Джинни глубокую царапину на ладони. С его пальцев сорвалась и упала в горячую воду пара капель крови.

- На двери мои джинсы висят… - наконец выдавила Джинни, которая сейчас дорого бы отдала за то, чтобы оказаться в другом, каком угодно месте, но одетой, – В левом заднем кармане пластыри. Думаю, они для этого подойдут… Только не забудь потом папе рассказать, как они работают, а то он никому покоя не даст…

- Спасибо! – просиял Гарри и вскочил с бортика. Неловко орудуя левой, здоровой рукой, выудил из кармана её джинс коробочку, потом долго не мог справиться с индивидуальной оберткой (Джинни злорадно наблюдала за его мучениями, и не думая предложить помощь). Наконец, все необходимые манипуляции были проделаны, и Гарри уже взялся было за дверную ручку…

- У тебя веснушки даже на коленках, - с лицом человека, открывшего новый континент, сообщил Гарри, снова повернувшись к ней, - и на плечах тоже…

- И что? – а Джинни наивно думала, что сильней краснеть уже некуда…

- Красиво, - пожал плечами Гарри и вышел наконец-таки из ванной.

Джинни со стоном скрылась под водой с головой.


* * *

- Джинни, милая, не спишь? – папа всегда так: сначала войдет в комнату, а только потом уже постучится. Причем постучится с наружной стороны двери, высунув для этого руку обратно в коридор.

- Сплю! – возразила Джинни, садясь в постели. – Не видишь: сплю. А то, что я с тобой разговариваю, так это мне на самом деле снится, пап, все нормально.

- Извини, - папа подошел к кровати, навис над Джинни, как вопросительный знак: длинный, худой, тонконосый. – Мама не забрала?

- Нет, конечно, - Джинни протянула отцу злополучные пластыри, - только там одного не хватает: Гарри позаимствовал. Сказал, что штепселем вернет, - Джинни с отстраненным удивлением отметила эту обычно не свойственную ей мстительность.

- Это же просто замечательно! – воодушевился отец. Он наклонился и неуклюже клюнул ее в щеку сухим поцелуем. – Спи, уже очень поздно… Спасибо, родная.

- Обращайся, - Джинни рухнула на подушку и натянула одеяло до самых глаз.

Однако папа не торопился уходить. Похоже, на него напала охота поболтать – верный признак того, что на сегодняшнем собрании планирование стратегии Ордена велось в приятной компании бутылочки огневиски – так всегда бывало, если не приходили ни Дамблдор, ни Хмури.

И вот папа уже присел на край ее кровати, поерзал, устраиваясь поудобней. Джинни демонстративно отвернулась: она терпеть не могла, когда отец был подшофе, даже чуть-чуть, хоть это и случалось раз в полгода от силы…

- Не в то время ты родилась, милая. Не в то время, - вздохнул папа и легонько погладил ее по волосам, еще влажным после ванной. – Да и не в том месте, наверное. Тебе бы учиться в довоенном Хогвартсе, еще когда классы мальчиков и девочек раздельными были. Была бы там атаманшей среди девчонок, головной болью всех учителей, сбегала бы на свидания после отбоя, головы кружила…

- Ты что болтаешь, пап, - поморщилась Джинни. Ей было странно неловко это слышать, - иди спать, а? Пожалуйста…

- …дед твой, когда Хогвартс заканчивал, последние годы было раздельное обучение. На какие только хитрости студенты не шли, чтобы ночных дежурных обдурить! Дезиллюминационное заклятие не освоишь – не видать тебе девчонок посреди недели, как будущего в шаре предсказаний. Твой дед, например, однажды взял…

- Пап! – повысила голос Джинни, которая уже двести раз слышала эту историю про украденную мантию тогдашнего профессора по Защите. – Я спать хочу, честно. Да и ты, наверное, тоже.

Отец с легкой обидой и даже недоумением покосился на нее и, пожелав спокойной ночи, вышел из спальни.

А Джинни вдруг поняла, что теперь долго не сможет заснуть.

Она накинула халат поверх пижамы, сунула босые ступни в старые растоптанные кеды, что были у нее здесь вместо домашних тапок, и выскользнула из комнаты.

Нет, Джинни не боялась темных коридоров.


* * *

- Не спишь, Сириус?

Нет, он спит. Спит, черт тебя дери, маленькая рыжая бестолочь…

- Не сплю, - негромко отзывается он. – Проходи.

Джинни бредет к «своему» креслу, забирается в него с ногами, скинув кеды. Аккуратно зевает, по-детски трет глаза, опять зевает. Заправляет за уши непослушные волосы, морщит веснушчатый нос, одергивает полы куцего халатика. Хаос этих движений и жестов действует на Сириуса гипнотизирующе, и становится уже как-то лень допытываться, почему она не спит в такой поздний час…

- Слушаю вас, мисс, - говорит Сириус. Он все в том же кресле, в такой же небрежно-расслабленной позе. Бутылка, правда, уже другая, однако Джинни смотрит на нее все с той же злостью, что никак не вяжется с ее сонным видом.

- Когда ты в последний раз был трезв, Сириус? – с нарастающим раздражением говорит она. – Не с похмелья? Почему, как я к тебе ни зайду, ты всегда растекаешься в этом идиотском кресле с бутылкой в обнимку, словно время остановилось?

- Я не понял, ты сюда ругаться пришла? – тоскливо произносит Сириус. – Неудачный момент ты выбрала, мелкая, я не в настроении выслушивать нравоучения. Давай просто поболтаем, а ругаться будешь утром.

- Ты не хочешь говорить, когда ты трезв. А когда ты пьян и жаждешь задушевных бесед, уже мне не совсем… приятно говорить с тобой, особенно если учесть, что ты наутро забудешь половину из сказанного. Замкнутый круг, - Джинни говорит тихо и отрывисто, терзая пальцами пояс халатика.

- «Не совсем приятно»… В переводе с женского языка на человеческий это – совсем неприятно, - скалится Сириус. – А если неприятно, так чего же тебя так манят эти бесполезные, как ты сама как-то говорила, беседы?

Сегодня Джинни немного ошиблась. Сириус еще трезв. Нераспечатанная бутылка ждет своего часа – Сириус тоже.

Поскорей бы она ушла. Этот ребенок слишком быстро взрослеет – буквально у него на глазах.

А Джинни, казалось, в этот раз пришла не слушать – говорить. В первый раз они поменялись ролями, и Сириусу это почему-то очень нравится…

- Все эти твои «никто меня не любит, никто не понимает» - ничего не стоящая лажа! – Джинни вскакивает с кресла, подходит к Сириусу вплотную. – Мы есть. Мы – Люпин, Гарри, я, в конце концов! Мы есть для тебя, просто ты не хочешь этого видеть. Ты хочешь страдать и предаваться меланхолии, сидя в старом кресле – пожалуйста. На здоровье, - к концу этой тирады голос Джинни сходит на нет, падает до шепота, она отворачивается.

- А теперь давай о том, что тебя на самом деле беспокоит, детка, - Сириус от души улыбается, улыбается так, что иссушенным частым похмельем губам становится больно. Джинни насуплено молчит, засунув руки в карманы. – Не хочешь говорить? Тогда я сам, не возражаешь?

- Возражаю, - пищит Джинни.

- Поздно, я уже настроился, - отмахивается Сириус и, покинув кресло, присаживается перед Джинни на корточки, заглядывает ей в лицо снизу вверх. – Думаешь, я старый нудный эгоистичный дядька, который ничего дальше своего носа не видит? Ты права, я – старый нудный эгоистичный дядька, но дядька наблюдательный…

- Не надо, мистер Блэк, - Джинни зажмуривается – и это странно, ведь, по идее, ей следовало бы зажать уши…

- Надо, мисс Уизли, - резко говорит Сириус. – Может быть, тебе и не надо, а мне – надо.

- Зачем? – Джинни приоткрывает левый глаз.

- Хотел бы я знать! – он дурашливо разводит руками, Джинни улыбается. – Детка, ты пока для Гарри – младшая сестренка его друга, причем сестренка бесполая, не важно, что у тебя есть грудь и косички…

- Я сегодня забыла закрыть дверь, когда была в ванной, - тихо говорит Джинни и густо краснеет. – Гарри вошел.

- И что сказал? – Сириусу удивительно радостно. Знакомое шкодное, щекочущее чувство – похоже на то, как Джеймс сто лет тому назад рассказывал, как он заперся с Лили в пустом классе – в ту пору, когда она на него смотрела исключительно с презрением…

- Удивился, что у меня на коленках веснушки, - шепчет Джинни и… начинает смеяться. Тонко и нервно.

- Значит, не все так плохо, - Сириус улыбается еще шире, отчего губы начинают болеть еще сильнее, - на будущее: если коленки уже вызывают интерес, то…

- Все, хватит! – все еще хихикая, выдавливает Джинни. – Спасибо. Я пойду, пожалуй…

- Ложись спать, - кивает Сириус.

Джинни идет к двери, путаясь в великоватых – наверняка доставшихся по наследству от братьев – кедах.

- Просто еще не твое время, мелкая, - говорит на прощание Сириус.

- Знаю, - без улыбки отвечает она и выходит из спальни.



fin

@темы: Гарри Поттер/Джинни Уизли, PG, PG-13, законченный, мини, Сириус Блэк

Комментарии
2010-05-02 в 21:15 

ViLi
Легкая придурковатость делает человека практически неуязвимым
Ваааа, это так замечательно! ))) И Джинни такая классная у вас получилась, прям канонная! Давно я такого замечательного ничего не читала ) Здорово!

2010-05-04 в 16:43 

don't be afraid to double up
ViLi
Спасибо вам большое:cheek:

2010-07-19 в 21:29 

*У Эклза не конверты закончились, у него просто умерли чувства и Джаред своими собственными руками их убил. *(с) varusya
Мне понравилось. Очень интересно:up:

2010-07-20 в 19:17 

don't be afraid to double up
EllaJ2 Padackles
Спасибо! :sunny:

2011-02-07 в 15:32 

Niala
Всё, что ни делается, всё к лучшему.
Очень здорово! Каждая фраза так.. убедительна. И да, Джинни такая канонная. Спасибо!

2011-02-07 в 18:12 

Rasta Monstas
don't be afraid to double up
Niala
Вам спасибо, я ужасно рада, что это кажется канонным :З

   

Камера хранения

главная